Поиск по сайту

Интернет-магазин Книговед

Клавиши судьбы

На Соловках завершилась конференция «История страны в судьбах узников Соловецких лагерей». Северодвинский журналист, автор книги "Затепли свечу" Ольга Голубцова  рассказывала о Надежде Минейко - матери Ксении Петровны Гемп, о которой написана эта документальную повесть. ...

13 Июля, 2018
Юбилей на малой родине

Творческий вечер члена Союза журналистов России, поэтессы Надежды Теплухиной прошел в Центральной библиотеке Березника. ...

09 Июля, 2018
Новая книга: Душа на кончике пера

В издательстве «Лоция» вышла книга, посвященная Северодвинску. ...

03 Июля, 2018
Они трудились во имя жизни на земле

В издательстве «Лоция» вышла книга, посвященная здравоохранению Пинежского района. В нее вошли материалы участников II краеведческих чтений «Во имя жизни на земле. Летопись здравоохранения Пинежья». ...

02 Июля, 2018
Повесть о Лизе, рассказанная по ее записям

Яркие воспоминания о своих предках и своей жизни оставила простая женщина с Ваги Елизавета Григорьевна Лозинская (в девичестве - Долгобородова). Обработал их и включил в свою книгу «Житие обыкновенных святых» краевед Леонид Невзоров. ...

27 Июня, 2018
Север формирует характер

Так назвали сборник исследовательских работ, звучавших на первой открытой краеведческой конференции, которая состоялась в п. Коноша. Среди них – рассказ о новых видах туризма и применимости их в условиях севера. ...

26 Июня, 2018

Яркие воспоминания о своих предках и своей жизни оставила простая женщина с Ваги Елизавета Григорьевна Лозинская (в девичестве - Долгобородова). Обработал их и включил в свою книгу «Житие обыкновенных святых» краевед Леонид Невзоров.

 

 

У книги два автора – Леонид Невзоров и Валентина Виноградова. Они рассказали двенадцать историй о простых людях с трудной судьбой, живших и ныне живущих на берегах Ваги, Северной Двины, Печоры.

На наш взгляд, «Повесть о Лизе» - одна из самых ярких в книге. Судьба Елизаветы Григорьевны – типичная для многих северянок ХХ века. Девочке из крестьянской семьи, родившейся в 1910 году, жизнь была уготована вполне определенная – минимальное образование, тяжелый труд, голод, обретенное и потерянное счастье жены и матери…

«Тяжело мы переносили горе, оставшись без отца. Николай и Лида ходили в школу, а я окончила лишь пять классов – оставили дома. Много дел, сказала мама. Да, хозяйство большое… Мама правила косы, бабушка Анна вязала рукавицы и носки. Холсты ткали тоже сами, мама с бабушкой…

Меня сильно влекло чтение. А как возьмешь книгу, когда надо с прялкой сидеть? Вот и успевала и то, и другое делать разом. В одной руке книжка, в другой веретено. Хорошо еще, что у отца сохранилась большая библиотека, он ведь считался образованным. Меня это выручило, иначе так и осталась бы невежей…

Начался 1930 год. Мне 19 лет. И тут я получила повестку в лес, на заготовки…Миновал первый квартал. И вот приехало начальство из леспромхоза подводить итоги. Собрались мы в красном уголке

- Долгобородова, встань! Не бойся.

Я привстала, а глаза книзу. Не ждала, что на таком большом собрании меня затронут. Девка деревенская, затырканная. А на меня все оборачиваются, шушукаются. Начальник снова:

- Ну, так что темнишь, Долгобородова? Тебя приглашают на свет. Тебе премия полагается. Иди сюда.

И я показалась на люди. У стола застыла. А руководитель ко мне обратился:

- Сказывай, что тебе хочется получить?

Он-то думал, что на подарок попрошу платок там либо галоши. А я брякнула:

- Овса!..

Когда смех поутих, слышу вопрос:

- Так овса, говоришь? Не врешь?

Я раздухарилась:

- Чего врать-то? Я же лес не на себе возила, на Маньке…»

Много чего довелось пережить Елизавете Григорьевне, и все же невзгоды ее не сломили. Вот как завершает она свое повествование:

«Прошлое учит держаться в жизни стойко, быть всегда заряженным, быть всегда на плаву. И я теперь с надеждой смотрела в будущее. Поддаваться трудностям не будем!»

Эта книга для тех, кто душой болеет за Север, кто хочет лучше узнать его жителей, понять истинную душу русских людей. Эта книга о тех, кто не требует ничего от судьбы, кто живет по совести, кто, как говорится, как изба, в родную землю врос – не вырвать.