Поиск по сайту

Интернет-магазин Книговед

«Город у реки» в топ-50 лучших книг 2017 года

Книга Владимира Николаевича Маркова «Город у реки», посвященная Котласу, вошла в ТОП-50 региональных изданий по итогам общероссийского конкурса АСКИ* «Лучшие книги 2017 года». ...

10 Августа, 2018
Точки-тире в кучевых облаках

Виктор Толкачев разменял новый десяток лет, а на сдачу выпускает книги. Об Арктике и о человеке в ней, его житье-бытье: любви, проблемах, неожиданных открытиях, радостях, разочарованиях… В прошлом году к 80-летию издал «Облака любви».   ...

10 Августа, 2018
Минина Татьяна Васильевна

Легенда Емецка. Эссе. Если меня спросят о достопримечательностях села Емецк, то в первую очередь я назову краеведческий музей, созданный Татьяной Васильевной Мининой, человеком необыкновенной души. ...

10 Августа, 2018
КНИГА ЗА РЕПОСТ: розыгрыш № 14

Друзья-книголюбы! ВНИМАНИЕ! К Дню знаний издательство «Лоция» устраивает новый розыгрыш «КНИГА ЗА РЕПОСТ». ...

08 Августа, 2018
К УСПЕШНОМУ РОДИТЕЛЬСТВУ: методы семейного воспитания

Сдали в печать новый сборник материалов для приёмных родителей «К успешному родительству: методы семейного воспитания». ...

03 Августа, 2018
Борок. За годом год -века...

Получили из типографии документально-историческое издание Альбины Николаевны Тункиной «Борок. За годом год - века...». ...

31 Июля, 2018

ИЗ НЕОПУБЛИКОВАННОГО

Скоро выйдет книга «Веркола по всей Пинеге славится», подготовленная библиотекарем Веркольской библиотеки Ольгой Алиной при поддержке директора МБУК «Карпогорская межпоселенческая библиотека» Конопля Л.Л.

Один из материалов посвящен спецпереселенцам на Пинежье, его автор - Алина Дарья, ученица 10 «А» класса МОУ «Карпогорская средняя общеобразовательная школа №118»

«Для выработки конкретных мер и способов осуществления такой политики 15 января 1930 г. была создана специальная ко­миссия Политбюро под предсе­дательством В.М. Молотова. 30 января Политбюро утвердило подготовленный этой комиссией текст постановления ЦК ВКП(б) "О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективи­зации". В этих районах предла­галось не только отменить арен­ду земли и запретить примене­ние наемного труда, но и кон­фисковать у кулаков средства производства, скот, хозяйствен­ные и жилые постройки, пред­приятия по переработке селъхоз-продукции и семенные запасы.

Конфискация кулацкого имущества должна была про­водиться уполномоченными райисполкомов с обязательным участием сельсоветов, предста­вителей колхозов, батрацко-бедняцких групп и батрачкомов. Надлежало производить точную опись и оценку имуще­ства с возложением на сельсо­веты ответственности за его со­хранность. Средства производ­ства и имущество передавались в неделимые фонды колхозов в качестве взноса за бедняков и батраков, за исключением той части, которая шла в пога­шение долгов кулацких хо­зяйств государству и коопера­ции. Конфискованные жилые постройки передавались на об­щественные нужды сельсове­тов и колхозов. Паи и вклады кулаков в кооперации поступа­ли в фонд коллективизации бедноты и батрачества, а их владельцы исключались из ко­операции. При этом "контрре­волюционный актив" кулаче­ства - организаторы террорис­тических актов и антисоветс­кой деятельности должны были арестовываться и репрессиро­ваться как политические пре­ступники, а их семьи высылать­ся в северные и отдаленные районы страны (первая катего­рия). Туда же высылались вме­сте с семьями крупные кулаки и бывшие полупомещики, ак­тивно выступавшие против коллективизации (вторая кате­гория). Остальную, самую мно­гочисленную часть бывших ку­лаков предлагалось расселять (после раскулачивания) в пре­делах района на специально от­водимые для них за пределами колхозных массивов земли (третья категория)»

(из сборника "Документы свидетельствуют. 1927-1929, 1929-1932")

Весной 1930 г., когда открылась навигация, на Пинежье вывезли тысячи раскулаченных семей. Целая сеть спецпоселков была организована в нашем крае (см. карту спецпоселков и фото Спецпосёлок Ваганник 1934 г.).

«Лишенцы», так называли высланных местные жители. Очень точное название дали. Ведь эти люди были лишены всего: дома, имущества, родных, одежды, еды, любого права. У них оставалось одно: если сможешь выжить, выживи.

Я встретилась с нашей Веркольской старожительницей Александрой Михайловной Яковлевой (1925 г.р.) и вот что она вспомнила:

«Я тогда маленькой девчушкой была. В деревне уже говорили, что должны на баржах привезти людей и расселят по избам. Мы бегаем по угору, ждем, и вдруг пароход красный с баржой останавливается. И люди выходят и выходят, много народу. И сразу во все концы по разным косякам поднимаются в деревню. Кучками, наверное, семьями, потому что и взрослые и малые»

Оказывается, местных жителей даже не спрашивали, а просто приводили в дом 10-12 человек и оставляли. Вскоре мужчин и женщин помоложе угнали в лес строить поселок, а дети и кое-кто из взрослых жили все лето в Верколе. Голодно жили, свои припасы съели быстро, местные их подкармливали, чем могли. К осени всех увезли из Верколы, кого в Ширвей (по Сямженьге), кого на Сенной (по Шукше), кого на Ваганник (по Явзоре). Местные жители помнят, как переселенцы пытались бежать от такой тяжелой жизни, но их ловили и приводили обратно или находили мертвыми в лесу. Старожилы помнят и такой случай, когда в лесной избушке (Данилова изба) веркольские мужики нашли мертвую женщину, а по ней ползал маленький ребенок. Женщину тут и похоронили, а ребенка отдали в детский дом.

фото из архива библиотеки: спецпереселенцы на лесопункте Ура, 1937 год